Поиск по сайту:
Регионы ПФО
 В Институте стран СНГ обсудили проблему религиозного экстремизма на постсоветском пространстве
 В Академии наук РФ прошел круглый стол на тему «Функционирование мусульманских религиозных организаций в России (история и современность)»
 Фактор социального служения в исламе
 Граница России стала проницаемой для религиозного радикализма
 Методологический подход к начальному сегменту исламского образования
 Принципы работы исламских банков: принцип мудараба
 Среди россиян гораздо больше тех, кто осуждает антиисламский фильм, чем тех, кто не считает его предосудительным
 В России мусульманская молодежь религиознее старших поколений
 Россия и исламский мир: основные проблемы и перспективы сотрудничества
 Ситуация в мусульманском сообществе Поволжья развивается по северокавказскому сценарию
 Проект концепции «Татары и исламский мир: концептуальные основы функционирования и развития»
 Инновационные формы работы с молодежью по профилактике терроризма и экстремизма
 Московская декларация по вопросам джихада опирается на труды идеологов салафизма
 Этнический федерализм и вопрос целостности России: юридическое неравноправие субъектов, региональная этнократия, потенциал сепаратизма
 Альянс ваххабизма и национал-сепаратизма в Татарстане и «русский вопрос» в регионе
 «Братья-мусульмане» в России: проникновение, характер деятельности, последствия для мусульманского сообщества страны
 Российские исламисты нашли родных «братьев»?...
 Национал-сепаратизм в Татарстане в начале XXI века: идеология, организации, зарубежное влияние
 Влияние арабских революций на Ближнем Востоке на мусульман России и Татарстана
 Тарик Рамадан: европейские мусульмане или мусульмане в Европе?
 Радикалы и фанатики рвутся в Поволжье
 Радикальный исламизм и национализм в Республике Татарстан: конфликтный потенциал в условиях роста протестных настроений в обществе
 Турки-месхетинцы в России: между пантюркизмом и ваххабизмом
 Духовная безопасность России и нетрадиционные религиозные движения
 Ваххабизм в Нижнекамске: фундаментализм, деньги, бюрократия
 Татарская молодежь между Востоком и Западом: гибридные идентичности и межэтнические отношения городской молодежи (на примере г. Казани)
 Для сохранения татарского языка в Татарстане нужно сделать его изучение добровольным: мнение
 IV Всемирный форум татарской молодежи
 Эксперт: Исламским СМИ нужно помогать, но не всем
 Благотворительность и религиозность мусульман: к вопросу о формировании социального капитала
 Наиль Набиуллин и Союз татарской молодежи: закат молодежного татарского национализма?
 Перспективы движения Нурджулар в России
 Религиозно-политические искания радикальной части татарского национального движения и внешний фактор
 Новые джадиды
 Россия и западный «дух неприязни»: на примере позиции Евросоюза и США в отношении Южной Осетии
 Иран и Израиль: борьба за региональное лидерство
 Татарстанский эксперт: мусульмане бегут от Равиля Гайнутдина
 Еврейская община Бухары и Самарканда на современном этапе
 Председательство Казахстана в Организации Исламского сотрудничества поможет России вернуть свои позиции в исламском мире, - эксперт
 портал "Умма" о некоторых итогах работы IV Евразийского научного форума в Казани
 Турецкое влияние на постсоветском пространстве: взгляд из Казани
 Раис Сулейманов: Власти Татарстана должны решить языковую проблему хотя бы из чувства самосохранения
 Информационная безопасность российской уммы
 Пятая сила российского ислама
 Другое лицо ислама
 Эксперт: начало внутриисламского диалога потребовало уточнения понятий
 Роман Силантьев: Что стоит за "отчетной модернизацией" Совета муфтиев России
 Раис Сулейманов: Избрание муфтия Татарстана - шанс для всей российской уммы: мнение
 Яна Амелина: «Настоящий мусульманин не станет радикалом»
 «Вилаят Идель-Урал»: начало салафитиxзации Татарстана по северокавказскому сценарию
 Раис Сулейманов: Всероссийское мусульманское совещание не изменило отношения к Равилю Гайнутдину: мнение
 Али Вячеслав Полосин: «Преступное сектантство никогда не станет нормой жизни!»
 Выступление полномочного представителя Президента РФ в ПФО Григория Рапоты на международной конференции «Россия и исламский мир: история и перспективы цивилизационного взаимодействия»
 Выступление Григория Алексеевича Рапоты - полномочного представителя Президента РФ в ПФО на встрече с председателями духовных управлений мусульман регионов ПФО
 На пути восстановления прерванных связей времён и поколений
 Талгат Таджуддин о задачах развития мусульманского образования в России
 Мухаммад-хазрат Таджуддинов: О сотрудничестве мусульманских организаций и органов власти в противодействии негативному влиянию зарубежных радикально-экстремистских движений
 Выступление В.Ю.Зорина на конференции "Роль СМИ в межкультурной коммуникации"
 Проект Федерального закона РФ «О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности»
 Председатель Духовного управления мусульман Пермского края об объединении российских мусульманских структур
 В России сложилась своя модель ислама
 Положение о научно-консультативном Совете при Минюсте РФ по изучению информационных материалов религиозного содержания на предмет выявления в них признаков экстремизма
 Концепция проекта федерального закона "О передаче религиозным организациям имущества религиозного назначения, находящегося в государственной или муниципальной собственности"
 Состав научно-консультативного Совета при Минюсте РФ по изучению информационных материалов религиозного содержания на предмет выявления в них признаков экстремизма
 Выступление заместителя полномочного представителя Президента РФ в Приволжском федеральном округе В.Ю.Зорина на Международной конференции «Ислам победит терроризм» (Москва, 3-4 июля 2008 г.)
 «Легче запретить, чем разобраться». Как в Турции смотрят на наше «дело нурсистов-гюленовцев»?
 Тимур Юсупов: Европейская Медина и абдуллы ибн саламы наших дней
 А.В. Малашенко: "Ислам во внешней политике России"
 Исламская цивилизация: роль мусульман как свидетельствующей общины
 "Исламский вектор во внешней политике современной России: технология прорыва".
 Политическая партия «Джамаат-аль-Исламий» и ее роль в социально-политической жизни и исламизации Народной Республики Бангладеш.
 Концепции национального и исламского государства в Южной Азии.
 Сделает ли Вениамин Попов все цивилизации – партнёрами?
 Абдулбари Муслимов: чему учат мусульманскую молодёжь России?
 А.Б. Юнусова: "Радикальные идеологии и мусульманская молодежь в России"
 Вениамин Попов о влиянии исламского фактора на внешнюю политику РФ и о концепции "конфликта цивилизаций" (интервью сайту "Мусульмане Поволжья")
Партнеры
Полпред Президента в ПФО
Фонд поддержки исламской культуры, науки и образования
Духовное управление мусульман Республики Татарстан
Духовное управление мусульман Республики Мордовия
Российский Исламский Университет
Мечеть Сулейман
Духовное управление мусульман Чувашской Республики
Духовное управление мусульман Пермского Края
Сайт общины мусульман при Пермской соборной мечети
Сайт ДУМ Поволжья
Сайт национально-культурных объединений Нижегородской области
Информационный сайт Регионального Духовного Управления Мусульман Удмуртии
Авторизация

Аналитические материалы

11.05.2011Другое лицо ислама

Другое лицо исламаВ ближайшие годы отношения ислама с Западом будут определять не радикалы, а умеренные, но при этом динамичные мусульманские мыслители. Проблема в том, что это совсем не гарантирует мирного развития Ближнего Востока

«Если человек взрывает себя среди толпы людей, такое действие запрещено шариатом, если оно направлено против гражданских лиц, даже немусульман. Ислам вообще запретил убийство живой души иначе, как по праву, ибо сказано в Коране: “Кто убил душу не за душу или не за порчу на земле, тот как будто бы убил людей всех” (“Трапеза”, 32). Поэтому когда кто-то взрывает себя, как это было в городе Москве, в столице Северной Осетии, или даже в Вашингтоне 11 сентября 2001 года, или в любом другом городе, то такие взрывы являются запрещенными» — такую фетву выпустил в конце декабря прошлого года глава Всемирного союза улемов Юсуф аль-Кардави.

Это стало большим достижением российской дипломатии. «Юсуф аль-Кардави — очень известный и авторитетный богослов в исламском мире. В созданный им Всемирный совет улемов входят и сунниты, и шииты, и это наиболее влиятельная организация такого рода в исламском мире, — говорит депутат Государственной думы Семен Багдасаров, по чьей просьбе была издана эта фетва. И добавляет: — Никто из российских мусульманских богословов подобных фетв до сих пор не издал».

В последние годы аль-Кардави, знаменитый среди мусульман еще и как проповедник — он постоянный гость еженедельной программы «Шариат и жизнь» на катарском телеканале «Аль-Джазира», — становится все более популярным и в немусульманском мире. Американские интеллектуалы, близкие к администрации Барака Обамы, связывают с ним надежды на появление в исламском мире новой силы, с которой Запад мог бы взаимодействовать.

Когда Джордж Буш объявил войну терроризму, символом отношений Запада и ислама стал Усама бен Ладен. Если гибель бен Ладена американцы используют как повод окончательно закрыть внешнеполитический проект Буша, то потребуется фигура, которая будет олицетворять новые отношения с исламом. Все готово к тому, что этой фигурой станет 84-летний Юсуф аль-Кардави.

Исламский модерн

«Аль-Кардави представляет современный исламский мейнстрим. Он и его последователи — властители умов значительной части мусульманского суннитского сообщества. В своей проповеди умеренности они совпадают с 90-процентным большинством мусульман», — говорит директор научных программ Фонда Марджани Игорь Алексеев.

По словам Алексеева, те линии исламского богословия, которые представляет аль-Кардави, стали объединять под термином «аль-Васатыйя», от арабского слова «васат» — центр. «Это коранический термин, который применяется к мусульманской общине: “Мы поставили вас общиной в центре, чтобы вы свидетельствовали о людях, а Посланник свидетельствовал бы о вас” (сура 2, Корова, аят 143). Центральная позиция понимается как удаленная от крайностей, а сама тенденция борьбы с крайностями в исламской мысли очень древняя, восходящая к первым векам ислама, когда осуждалась “чрезмерность в религии”», — говорит Алексеев.

Аль-Кардави дальше всех пошел в том, чтобы применить исламское право (фикх) к реалиям современного мира. «Он подвергается критике и со стороны традиционалистов, и со стороны салафитов. Первые упрекают его за потворство Западу, вторые считают, что он неоправданно облегчает исламские нормы и принципы», — говорит исламовед, член Экспертного совета Совета муфтиев РоссииРинат Мухаметов. Глава Всемирного совета улемов известен своими работами о «фикхе меньшинств» — интерпретации исламского права для мусульман, живущих в неисламских странах. Сам по себе этот подход нов — до конца XX века исламские богословы и юристы просто не сталкивались с ситуацией, когда мусульмане массово уезжали в неисламские страны, стремясь при этом сохранить свою религиозную идентичность. Аль-Кардави также разработал идею «гражданского джихада». «Он признает вооруженный джихад, только если это оборонительная война или сопротивление прямому запрету исповедовать ислам, — отмечает Мухаметов, — в прочих случаях должна вестись информационная борьба, интеллектуальная работа, политическая деятельность». Кроме того, аль-Кардави предложил новый подход к исламскому международному праву. В частности, он считает неадекватной старую концепцию деления мира на «мир ислама», «мир войны» и «мир договора» — то есть страны, где правят мусульманские правители, страны, враждебные миру ислама, и страны, где правят правители, не враждебные исламу.

Семен Багдасаров указывает, что аль-Кардави по обращению мусульман из Марокко издал фетву, разрешающую брать кредиты в неисламских банках, притом что сам богослов возглавляет Комитет шариатского контроля исламских банков.

К аль-Кардави близок французский исламский богослов Тарик Рамадан, внук основателя организации «Братья-мусульмане» Хасана аль-Банна и проповедник так называемого евроислама. «Тарик Рамадан дополнил концепции аль-Кардави социально-политическим дискурсом о том, что мусульманин не обязательно должен быть арабом, он может быть и европейцем, не идя при этом на компромисс по принципиальным вопросам веры», — говорит Игорь Алексеев. Мухаметов отмечает еще один тезис Рамадана: современная исламская мысль, держась собственных корней, приходит своим путем к понятиям и ценностям, к которым уже пришел Запад, таким как демократия и плюрализм.

«Юсуф аль-Кардави стал духовным лидером “арабской весны”. После отставки Хосни Мубарака он, после тридцатилетнего изгнания, приехал в Египет и произнес проповедь перед митингующими на площади Тахрир в Каире. И речь свою начал с обращения “братья-мусульмане и братья-копты”. Обращение к коптам-христианам — это свидетельство веротерпимости и приверженности плюрализму», — подчеркивает Мухаметов.

«Исламская умеренность» против «умеренного ислама»

Богословское направление, связанное с именем аль-Кардави, сейчас получило хорошие шансы нарастить свое политическое влияние в мире.

«”Аль-Васатыйя”, “исламская умеренность”, становится идеологизированным брендом, потому что эту концепцию активно поддерживают власти Кувейта, — объясняет Игорь Алексеев. — Как саудовцы в свое время пропагандировали ваххабизм, так и другая арабская страна решила продвигать свою версию ислама». В России эта версия нашла поддержку со стороны правящих кругов. Центр «Аль-Васатыйя» был открыт в Москве, он находится в здании Института востоковедения РАН. Прошлой осенью Россию посетил первый заместитель министра вакфов (имущества, посвященного Аллаху) Кувейта Адель аль-Фалях, и Дмитрий Медведев наградил его орденом Дружбы.

«Американские неоконсерваторы резко отрицательно относятся к Юсуфу аль-Кардави и Тарику Рамадану, последнему при Джордже Буше не давали американскую визу, — говорит Ринат Мухаметов. — Аль-Кардави и сейчас не дают визу в Великобританию, потому что он объявляет самоубийственные теракты палестинцев актами самопожертвования». Но есть и другая позиция. Збигнев Бжезинский, Джон Эспозито считают, что это направление ислама надо поддерживать, потому что оно ведет к модернизации и эмансипации исламского мира, его интеграции в глобальный мир, который выстраивает Запад.

Игорь Алексеев отмечает, что концепция «умеренного ислама», которую выстраивали американцы после 11 сентября, предполагала, что «умеренный мусульманин» не слишком строг в принципах своей веры, то есть вестернизирован и модернизирован. Их смущал факт духовной неинтегрированности мусульман, которые чтят не конституцию, а Коран. США в большой мере теологизированная страна, где закон воспринимают как сакральную силу, особенно в консервативных кругах. «Аль-Кардави продвигает не “умеренный ислам”, а “исламскую умеренность”», — заключает Алексеев.

Это выглядит как привлекательная перспектива — в арабском мире проходит серия революций, их лидеры заявляют о приверженности демократии, на политическую сцену Ближнего Востока выходит новый городской средний класс, самоорганизующийся посредством Facebook, американцы находят modus vivendi с афганскими талибами, радикалов всех мастей отодвигают на задворки, Запад заключает глобальный альянс с «исламской умеренностью». И как раз вовремя из жизни и из мировой политики уходит бен Ладен.

Но перспектива хромает. «Арабская весна» в Ливии обернулась гражданской войной. Операция НАТО в этой стране сомнительна и по своим мотивам, и по своей результативности. Кстати, тот же аль-Кардави издал фетву, разрешающую любому мусульманину убить Муаммара Каддафи. В Сирии попытка революции обернулась большой кровью.

«Арабский Восток на два порядка отстает по числу издаваемых книг от таких не самых развитых европейских стран, как Испания или Греция, причем большая часть литературы, издаваемой на арабском, — религиозная. По сравнению даже с шестидесятыми годами это деградация, видная невооруженным глазом», — говорит президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский. Он напоминает, что после отставки Мубарака в Египте выпустили из тюрьмы подозреваемых в организации взрыва коптского христианского собора, распущены спецслужбы, занимавшиеся борьбой с терроризмом.

Арабский исламский мир хотел бы повторить путь Китая, вернувшего себе лидирующие позиции в мире после двухсотлетнего упадка. Но китайцы пришли к этому через индустриализацию, создание современной системы образования и науки. Только лишь Facebook, исламской демократии и исламской умеренности тут может и не хватить.

Николай Силаев - к. и. н., старший научный сотрудник Центра кавказских исследований МГИМО (У) МИД России, заведующий отделом политики журнала «Эксперт».
Copyright © 2007 НКО «Фонд гражданского общества»
Created by Graphit Powered by TreeGraph